Оказывается, что общение со взрослым имеет необыкновенное значение для голосовой активности. Именно в общении появляются самые прогрессивные вокализации: лепетные и только со временем ритмически повторяющиеся слоги начинают использоваться при взаимодействии с предметами. Исключительно чувствительны к этой ситуации эмоциональные возгласы — вскрики, которые являются индикатором физического здоровья малыша. Бурное эмоциональное состояние, которое появляется у ребенка в общении со взрослым, — необходимое условие его общего интереса к человеку и к самому совершенному способу общения — речевому, в частности. И потому, если у вашего малыша, как вам кажется, почти нет еще лепета, но постоянно встречаются эмоциональные возгласы, можете быть спокойны; у детей с задержкой речи вскрики — явление чрезвычайно редкое.

Социальная ситуация требует от ребенка многого — умения слушать, например, ведь взрослый часто обращается к нему с речью. Если ребенок не бывает сосредоточен в тот момент, когда слышит обращенную к нему речь, взгляд его трудно задержать на говорящем лице, он постоянно смотрит в сторону, пытается дотянуться до привлекательного предмета и, если так было всегда, на протяжении всего первого года, задержка в речи неминуема. Поведение ребенка, внимательно прислушивающегося к речи взрослого, на разных возрастных этапах имеет специфические особенности. В первые два месяца жизни ребенок замирает, смотрит взрослому в глаза, и это продолжается настолько долго, что, кажется, время вообще остановилось.

В 3—5 месяцев речь взрослого сначала вызывает сосредоточенное внимание, ребенок внимательно смотрит взрослому в глаза, а затем принимается вокализировать сам, совершая своеобразные движения, буквально впадая в экстаз. К семи месяцам дети начинают внимательно присматриваться к движущимся губам говорящего человека, пытаются сами шевелить губами или как-то иначе проявляют активность рта: высовывают язык, шевелят им и, конечно же, вокализируют. При этом ни на минуту не отрывают глаз от взрослого человека.

К концу второй половины первого года жизни ребенок начинает понимать обращенную к нему речь. Теперь он может выполнить простую просьбу — показать у куклы глазки, дать предмет, который просит взрослый. Эта пассивная речь — результат развития у малыша всех важнейших истоков будущей активной речи и прежде всего речевого внимания, умения избирательно относиться и анализировать звуки человеческого голоса.

Но не только слушание речи формируется в ситуации общения со взрослыми людьми. Правильное и своевременное овладение речью невозможно без собственного говорения. Нередки, к сожалению, еще случаи, когда ребенок, в целом развивающийся нормально, довольно долго застревает на уровне пассивной речи. Понимание есть, а активного слова все нет и нет. Что же нужно для того, чтобы, наконец, заговорить самому?

Предречевые вокализации, как уже упоминалось, делают ребенка активной и заинтересованной стороной процесса общения со взрослыми людьми. Активность детей зачастую влияет и на речевую активность взрослого. Скажите, какой взрослый в состоянии говорить в течение дня бесконечно? Ребенок молчит и взрослый молчит, немало радуясь этому обстоятельству. Но ребенок, с которым помногу говорили, молчать долго не будет. Вот что рассказала однажды воспитательница, работавшая с детьми первого года жизни.

«Мои дети, то есть дети, с которыми я работала от начала и до конца, всегда овладевали речью в срок. Я никак не могла понять, почему другие воспитатели нередко жалуются на медленные темпы развития речи у детей своей группы. Конечно, с ребенком, овладевшим хотя бы несколькими словами, и легче, и интереснее. Но на вопрос, как я достигаю такого благоприятного речевого развития, я ответить не могла. Делаю все, как все, и ничего, казалось бы, особого не предпринимаю. Получить ответ на этот вопрос между тем мне помог случай. В соседней группе заболела воспитательница, и меня попросили ее заменить. Болезнь продолжалась долго, и дети, которым в момент моего прихода было около семи месяцев, достигли года. Мне с самого же начала было по непонятной причине очень трудно работать с этими детьми. Затем я обратила внимание на то, что они совсем «не разговаривали», то есть голосом не вызывали взрослого на разговор. Вокализации, конечно, были, но они не были адресованы человеку, потому я и сама стала говорить значительно меньше. Мне было с- этими детьми не только трудно, но и неинтересно. Как я ни старалась, а первого слова так и не дождалась. Дети этой группы не были приучены к разговору с ними взрослых людей».

Таким образом, можно с полной уверенностью считать, что связь предречевых вокализаций с речью действительно имеет место. Но при этом она заключается не столько во внешней стороне (количество голосовых проявлений, их звуковой состав), сколько в овладении наиболее перспективными и совершенными средствами общения со взрослыми людьми. В итоге к концу первого года жизни появляются своеобразные ле-петные тирады, имеющие ярко выраженный интонационный рисунок так называемого лепетного говорения. Лепетное говорение всегда обращено к взрослому, ребенок заглядывает ему в глаза, улыбается, отчаянно жестикулирует и внешне совершенно точно воспроизводит ситуацию речевого общения. «Да-ка-ля-ка бу-дта-ма-дта-прррр, ка-ля, ка-ля, ка-ля», — отчетливо произносит малыш. Что же это значит? Какое содержание кроется в этих непонятных звуках? От взрослого требуется большое искусство и не меньшее терпение, может быть все-таки стоит разобраться в том, что за ними стоит. И как ни странно, удается: вот что-то сообщает о своей игрушке, вот спешит разделить радость от просмотра интересной книжки, а то и просто играет в самую настоящую, взаправдашнюю речь.

Выходит, что ни предметный мир, ни многообразие интересных дел и занятий, которые есть у малыша, не могут существовать без контакта со взрослыми.