Для ответа на этот вопрос следовало бы провести такой эксперимент, в котором дети с первых дней жизни росли бы в условиях изоляции от взрослых: не слышали бы человеческой речи, не вступали бы в общение с другими людьми. Если бы в таких условиях дети заговорили бы примерно в те же сроки, речевую способность можно было бы считать действительно врожденной, заложенной в человеке самой природой.

Понятно, что ни один ученый и ни один родитель не позволит провести с человеческим ребенком такой рискованный эксперимент. Однако в истории человечества подобные эксперименты ставились неоднократно. Так, например, император Фридрих Гогенштауфен, имевший склонность к науке, решил точно установить, на каком языке заговорят мальчики сами по себе, если им не навязывать никакой речи извне, — на латыни, на греческом или на немецком. Для этого он отобрал несколько здоровых младенцев, велел кормить по-королевски, содержать в абсолютной чистоте, выполнять все их желания, но... не играть и не разговаривать с ними. Однако эксперимент не удался, потому что никто из детей не дожил и до двух лет, и не произнес ни единого слова.

Ответить на вопрос о происхождении речи помогают также и известные в науке случаи развития детей-Маугли. Такое название получили дети, выросшие вне человеческого общества, найденные в логове животных и «воспитанные» ими. Оказалось, что дети-Маугли были лишены всех без исключения специфически человеческих форм поведения. Они передвигались на четырех конечностях, вели ночной образ жизни, по ночам выли. Найденные людьми и помещенные в условия человеческой культуры, они с неимоверными трудностями овладевали прямохождением, элементарными способами гигиены, но совершенно невозможным оказалось для них полноценное развитие речи.

Характерным является также развитие детей, находящихся в условиях госпитализма. (Госпитализм характеризуется изоляцией детей от взрослых, отсутствием общения между ними, долгим пребыванием ребенка раннего возраста в одиночестве.) Как показали исследования Г. Л. Розенгардт-Пупко, дети с явлениями госпитализма отстают в психическом развитии и в первую очередь — в развитии речи. Так, например, во время Великой Отечественной войны, бывали случаи, когда работающая мать на целый день оставляла ребенка одного, успевая осуществлять лишь необходимый для выживания физический уход (кормила, меняла одежду). В таких условиях налицо были не только отставание в развитии, но и отсутствие психического развития вообще. Дети не умели смотреть, улыбаться, тянуться к предмету и, конечно, разговаривать.

Таким образом, для того чтобы заговорить, недостаточно родиться человеком. Вместе с тем речь развивается только у человека, и никакое животное ею не овладевает. В науке известны многочисленные попытки обучить речи детенышей человекообразных обезьян. Советский психолог Н. М. Лодыгина-Коте попыталась даже дать маленькой обезьянке воспитание и для этого растила ее вместе со своим сыном. Увы, и этот опыт не привел обезьяну к речи.

Правда, у животных есть возможность использовать голос в средствах общения. Известно, что различные звуки у гамадрилов носят коммуникативный характер, с их помощью члены стада передают сородичам самую разнообразную информацию: сообщают об опасности, зовут на помощь и т. д. Американской исследовательнице Джейн ван Лавик-Гудолл, наблюдавшей высших приматов в естественных для них условиях, удалось обучиться звуковому общению обезьян и вступить с ними в контакт. Такого рода общение возможно между человеком и другими животными. Упоминающееся в сказках различных народов утверждение о понимании человеком животных («он знал язык птиц и зверей») на самом деле не просто сказочный вымысел. Это утверждение действительно имеет реальную основу. Человек овладевает языком животных, но никогда и ни при каких обстоятельствах ни одно животное не общается с человеком с помощью речи.

Имеется принципиальное различие между средствами общения у животных и человека. Арсенал коммуникативных возможностей даже у развитых приматов сводится к ограниченному числу сигналов. В состав используемых ими средств, помимо голоса, активно включаются разнообразные позы и жесты и всегда передается сообщение, имеющее определенное конкретное значение, тогда как у человека основным средством общения является речь. С ее помощью передается неисчерпаемое богатство чувств, мыслей, выходящих за пределы конкретной ситуации. Речь человека организует не только общение, но и познание, а также передачу опыта от поколения к поколению. Как мы видим, необходимым условием ее развития является принадлежность к человеческому роду, хотя в целом это обстоятельство само по себе прямо к речи не ведет.

Известно, что ребенок получает от рождения определенное строение органов дыхания и гортани, развитие которых приводит его впоследствии к членораздельной речи. Однако аналогичные органы речепроизводства встречаются и в животном мире (хорошо известно, что есть так называемые «говорящие попугаи»). Примечательно, что данные дефектологии позволяют считать наличие органов речи не самым важным условием в ее развитии. Это обстоятельство подтверждается следующими соображениями. Во-первых, устная речь не единственная форма речи. Существуют и другие языки, например у глухих людей. Во-вторых, здоровой гортани и правильного речевого дыхания оказывается недостаточно, если речь идет о тяжелых отклонениях, носящих характер психической аномалии, когда человек может правильно произносить определенные речевые звуки, не имеющие никакого смысла и являющиеся лишь подражанием слышимой речи. Так, например, наблюдаемый нами умственно отсталый ребенок десяти лет отличался исключительно высокой «речевой» активностью, он постоянно что-то сообщал и рассказывал, но его высказывания не имели никакого смысла. «Я буду подметать, чтобы летать на самолете. Буду строить дом. Где моя шляпа? Буду летчиком, чтобы строить дом. Пора идти на лекцию. Студенты подождут».

Таким образом, овладение речью нельзя свести к повторению речевых звуков, не менее важным является здесь понимание речи, правильность использования грамматических форм, способность не только произносить слова по образцу, но и самому создавать осмысленное высказывание. При этом смысловая сторона речи является значительно более важной, чем процесс говорения.

Другой важной врожденной предпосылкой развития речи является особая избирательность новорожденного младенца к звуковой слышимой речи. Еще в период внутриутробного развития создаются благоприятные условия для ее формирования. Дело в том, что околоплодные воды, по мнению советского психолога А. М. Фонарева, хорошо проводят звук, и первыми близкими и родными становятся звуки материнского голоса. Вот почему ожидающей ребенка женщине так важно быть спокойной и радостной и в разговоре тоже. Слуховой опыт еще неродившегося младенца можно расширить звуками музыки, пением, собственной игрой на музыкальных инструментах.

Внутриутробное развитие может не только способствовать будущей речи, но и, напротив, в дальнейшем служить причиной ее задержки. Так, например, в небольшом японском городке частыми стали случаи появления на свет глухих детей. Причем число их из года в год возрастало. Оказалось, что причиной явилось близкое расположение построенного недавно аэродрома, день и ночь жители слышали непрекращающийся гул и рокот самолетов. В результате еще не родившиеся дети оглохли, тем самым оградив себя от неприятных и травмирующих звуков.

С помощью современных тончайших методов исследования деятельности мозга новорожденного советскими учеными Т. П. Александрян и Э. А. Хризман удалось установить, что среди всех разнообразных раздражителей, воздействующих на ребенка, он выделяет голос матери. Это, конечно, не значит, что ребенок понимает обращенную к нему речь. Но среди всех звуков голос матери вызывает сосредоточение и специфическую активность сразу двух анализаторов — слухового и зрительного. И в дальнейшем ребенок всегда предпочитает звуки человеческого голоса всем остальным звукам.

Вместе с тем наличие избирательного отношения к звукам человеческой речи само по себе не может быть решающим условием развития активной речи. Оно может исчезнуть за 2—3 месяца, если после рождения ребенок не слышит человеческой речи. Заметим, что эта способность не является природно заданной, а формируется под влиянием окружающих условий.

Что же получается? Вроде бы никаких природных предпосылок к овладению речью у ребенка нет, и те, которые есть, сами по себе никакого решающего значения не имеют, и в то же время только человеческий ребенок может заговорить. Значит, все-таки что-то есть в человеческом организме, что позволяет ему столь бурно и успешно усвоить все формы человеческого поведения, и главную из них — речь?

Да, есть. Как ни странно, главным условием психического развития ребенка является его врожденная беспомощность, его неспособность к каким-либо определенным действиям. По словам выдающегося советского психолога Д. Б. Эльконина, пластичность нервной системы ребенка, отсутствие каких-либо врожденных форм поведения служат основой быстрого и легкого вхождения ребенка в любую культуру, усвоения любых знаний, навыков, умений, отношений и пр. Природная беспомощность малыша оказывается его основным преимуществом. Именно пластичность нервной системы маленького человека делает его открытым для внешнего мира, для овладения способами и формами человеческой деятельности вообще и человеческой речи в частности.